«Честный знак» уже работает как технический барьер, а не бумажный запрет. Следующий вопрос — кто несёт ответственность за 12 млн упаковок, которые вообще дошли до прилавка.» — Алексей Махметхажиев
С 1 июня 2025 года аптека больше не может продать просроченный препарат случайно — касса физически не проведёт операцию. За год система маркировки «Честный знак» заблокировала 21,5 млн попыток продажи лекарств с нарушениями. Для фармрынка это не статистика — это сигнал о масштабе проблемы, которую раньше никто не измерял.
Что произошло 1 июня 2025 года
До этой даты маркировка лекарств была мониторинговой: коды сканировали, данные собирали, но заблокировать продажу на кассе система не могла. Аптека могла продать препарат с нарушениями — и просто попасть в реестр нарушителей постфактум.
С введением разрешительного режима логика перевернулась. Теперь касса запрашивает у «Честного знака» статус каждой упаковки в момент продажи. Если статус не «разрешён к продаже» — операция не проходит. Технически. Без права обхода на кассире.
Это принципиальная разница между «мы всё знаем» и «мы не дадим этому случиться».
Откуда берутся 21,5 миллиона блокировок
Цифру назвал председатель совета директоров ЦРПТ (Центр развития перспективных технологий — оператор «Честного знака») Михаил Дубин в интервью РИА Новостям.
Структура нарушений:
- 300 тысяч — просроченные препараты. Это то, что принято считать «классическим» нарушением
- 12 миллионов упаковок — получили статус «оборот приостановлен» по решению Минздрава или Росздравнадзора и были остановлены до прилавка
- Оставшиеся ~9 миллионов — другие нарушения: дубли кодов, выведенные из обращения серии, статусные несоответствия
Просрочка — это 1,4% от общего числа блокировок. Остальное — системные проблемы цепочки поставок.
Почему 12 миллионов «приостановленных» упаковок — главная цифра
300 тысяч просроченных препаратов — понятная история. Плохое хранение, нарушения товарооборота, человеческий фактор.
12 миллионов приостановленных — другой разговор. Эти упаковки регуляторы отозвали по качеству или безопасности, но они всё равно добрались до аптечных полок. Без разрешительного режима часть из них ушла бы покупателям.
Это не просто процедурный сбой. Регулятор выпустил предписание — а товар продолжал двигаться по цепочке. Значит, где-то между производителем, дистрибьютором и аптекой информация о запрете не останавливала физическое движение упаковки. Теперь останавливает — на кассе.
Вопрос, который никто громко не задаёт: почему 12 миллионов упаковок с приостановленным оборотом вообще оказались на полке? Это провал логистики, провал внутреннего контроля дистрибьюторов или сознательное игнорирование?
Как работает система технически
«Честный знак» отслеживает каждую упаковку через код маркировки DataMatrix — от производства до момента продажи. Каждое движение в цепочке (производитель → дистрибьютор → аптека) фиксируется в системе.
На кассе: сканируется код → система в реальном времени возвращает статус упаковки → если статус не «разрешён», касса блокирует продажу.
Это работает только при стабильном интернет-соединении. Офлайн-режим — известная точка уязвимости системы, которую ЦРПТ решает через кеширование разрешённых статусов, но не без ограничений.
Для аптек это создало операционную нагрузку: нужно обновлённое ПО кассы, стабильный канал связи, обученный персонал. Мелкие аптечные точки в регионах получили больше всего проблем с переходом.
Что система не решает
Маркировка закрывает проблему на последней миле — кассе. Она не меняет то, что происходит выше.
Серый импорт. Препараты без российской маркировки в систему не попадают вообще. Параллельный импорт, который частично легализовали в 2022–2023 годах, создаёт зоны, где «Честный знак» не работает как заслон.
Фальсификат с легальными кодами. Переклейка кодов с одной упаковки на другую технически возможна. Система это не распознаёт на кассе — распознаёт только дублирование кода при попытке второй продажи.
Интернет-аптеки и маркетплейсы. Онлайн-продажи лекарств в России растут — и разрешительный режим там работает не так жёстко, как в офлайне. Доставка создаёт лаги в верификации.
Что это значит для фармрынка
Для легальных игроков — это операционная нагрузка, но и конкурентное преимущество. Серые схемы сбыта становятся дороже и рискованнее.
Для дистрибьюторов — прямой стимул чище работать с реестрами отозванных серий. Раньше «не знали» было рабочей отмазкой. Теперь система знает за них.
Для покупателей — первый реальный технический барьер против просрочки и отозванных препаратов в розничной точке. Не декларация, не штраф после факта — блокировка в моменте.
Для регуляторов — новый инструмент давления. Росздравнадзор теперь может приостанавливать оборот конкретной серии препарата и видеть в системе, где эти упаковки находятся.
Что делать
Аптечным сетям:
- Провести аудит кассового ПО — версии, которые не поддерживают разрешительный режим, создают операционный риск при каждой проверке
- Выстроить процесс обработки заблокированных позиций: у кассиров должен быть чёткий скрипт, что делать с товаром, который не проходит верификацию
- Настроить регулярную сверку остатков с реестром приостановленного оборота — до того, как упаковка доедет до кассы
Дистрибьюторам: 4. Интегрировать проверку статуса в систему управления складом, а не только на последнем шаге отгрузки в аптеку
Маркетологам фармбрендов: 5. Использовать маркировку как аргумент доверия в коммуникации — «каждая упаковка верифицирована в Честном знаке» уже работает как дифференциатор в категории, где доверие падает
21,5 миллиона — это не успех системы маркировки. Это диагноз рынку, который годами работал без нормального контроля. Меня больше интересует вопрос про 12 миллионов приостановленных упаковок: кто-нибудь понёс ответственность за то, что они вообще добрались до полки? Если нет — разрешительный режим останется пластырем поверх системной дыры. Настоящий тест начнётся, когда первый крупный дистрибьютор получит реальные санкции за прогон приостановленного товара.