«Апрель» продаётся: 259 млрд оборота, 1,1 млрд убытка и вопрос, кто возьмёт

Взрывной рост выручки при уходе в убыток — это не признак здоровья. Это признак того, что кто-то купил долю рынка дороже, чем она стоит. — Алексей Махметхажиев

Крупнейшая аптечная сеть России по обороту выставлена на продажу. «Апрель» — 259,3 млрд рублей продаж по итогам 2024 года, первое место в рейтинге Forbes — ищет покупателя. Цена вопроса: 58–65 млрд рублей без учёта долга. Сделка, которую пытались закрыть ещё в 2009-м, может наконец состояться — но уже в другом рынке и с другими деньгами.

Кто владеет и что продаётся

На бумаге всё просто: 99% ООО «Семейная аптека «Апрель» — у краснодарского предпринимателя Вадима Анисимова, 1% — у ООО «Отрада». Несколько источников «Известий», знакомых со структурой владения, называют бенефициаром сети Сергея Галицкого — основателя «Магнита». Один из них уточняет: Галицкий числится среди акционеров, но в управление не лезет.

Галицкий публично никак не связан с «Апрелем». Но если это правда — логика есть. Человек, построивший крупнейший продуктовый ритейл страны, явно понимает, что такое масштаб, логистика и ценовое давление на поставщиков. Аптечная сеть с прицелом на экономное потребление — это почти та же механика, что дискаунтер в продуктах.

Анисимов пытался продать бизнес ещё в 2009 году. Тогда переговоры шли с «Доктором Столетовым» (сейчас в периметре ГК «Катрен») и «Радугой» Александра Серебренникова. Не договорились по цене. С тех пор «Апрель» вырос в принципиально другой актив — и ценник вырос соответственно.

Цифры, которые настораживают

Forbes и AlphaRM ставят «Апрель» на первое место среди аптечных сетей России с оборотом 259,3 млрд рублей. Звучит монументально.

Теперь смотрим на данные Rusprofile по ООО «Семейная Аптека «Апрель» за 2025 год:

• Выручка — 52,7 млрд рублей. Рост в 5,5 раза год к году (в 2024-м было 9,6 млрд).
• Чистая прибыль — минус 1,1 млрд рублей. Год назад была прибыль 86,5 млн.

Здесь важно не запутаться. 259,3 млрд — это консолидированные продажи всей группы «Апрель» (по данным AlphaRM). 52,7 млрд — выручка одного юрлица. Группа явно раздроблена по нескольким юрлицам, что для крупного ритейла норма.

Но сам факт: пятикратный рост выручки с одновременным уходом в убыток на 1,1 млрд — это история агрессивного масштабирования, за которое платили маржой. Открывали точки, давили на цену, наращивали долю. Денег на этом не зарабатывали.

Для покупателя это означает одно: он берёт выручку, долю рынка и инфраструктуру — но не прибыльный бизнес. Вопрос в том, сколько он готов доплатить за потенциал.

Почему отраслевые игроки вряд ли купят

Исполнительный директор RNC Pharma Николай Беспалов оценивает «Апрель» в 58–65 млрд рублей без долга. По его мнению, крупные аптечные сети как покупатели маловероятны — масштаб сделки слишком велик для отраслевого M&A.

Это честная оценка. «Апрель» — не региональная сеть на 200 точек, которую можно тихо поглотить. Это первый номер рынка. Поглощение такого актива любым из конкурентов — «Планетой Здоровья», «Эптекой», «Горздравом» — создаст регуляторные вопросы к ФАС и потребует интеграции, которая займёт годы.

Плюс есть проблема культуры. «Апрель» строился как дискаунтер — жёсткая ценовая политика, фокус на экономном потребителе. Это не совпадает с моделью большинства аптечных сетей среднего ценового сегмента. Интегрировать такой актив без потери его главного конкурентного преимущества — нетривиальная задача.

Wildberries как покупатель: логика есть, подтверждения нет

Источники называют Wildberries & Russ (РВБ) среди потенциальных интересантов. Сама компания это не подтвердила.

Логика, впрочем, читается. У WB уже есть аптечное направление на маркетплейсе — безрецептурные препараты, БАДы, товары для здоровья. Собственная офлайн-сеть дала бы другой уровень контроля над категорией и точку физического присутствия в каждом городе. По модели это похоже на то, что Amazon сделал с Whole Foods в 2017-м: купил офлайн-инфраструктуру, чтобы закрыть пробел в логистике последней мили.

Разница в том, что Amazon на тот момент был прибыльным. WB в 2025–2026 годах сам переживает непростой период: конфликт с партнёрами, реструктуризация после слияния с Russ, давление на маржу. Брать убыточный актив за 58–65 млрд в такой момент — смелое решение.

Но если кто-то в России способен переварить «Апрель» без отраслевых ограничений и при этом получить синергию — это экосистемные игроки. WB, Ozon, Сбер, «Яндекс». Все четверо умеют работать с большим потоком транзакций и имеют инфраструктуру для интеграции офлайн-точек.

Что такое «жёсткая ценовая политика» в аптеке

Беспалов описывает «Апрель» как сеть «с жёсткой ценовой политикой с прицелом на экономное потребление». В переводе на практику — это аптечный дискаунтер.

Модель работает так: минимальная наценка на популярные позиции, высокий трафик, компенсация через объём. Плюс — давление на поставщиков и производителей через масштаб. Покупатель видит «дешевле, чем у конкурентов», приходит чаще, средний чек ниже, но частота выше.

Для потребителя это хорошо. Для владельца — сложно: маржа тонкая, и любое увеличение издержек (аренда, персонал, логистика) сразу бьёт по прибыли. Именно это объясняет убыток при кратном росте выручки: масштабировали модель с тонкой маржой в период, когда все издержки росли быстрее инфляции.

Прецедент 2009 года: почему тогда не продали

Переговоры с «Доктором Столетовым» и «Радугой» в 2009 году не дошли до сделки — не сошлись в цене. Анисимов хотел больше, покупатели предлагали меньше.

С тех пор прошло 17 лет. «Апрель» из региональной сети превратился в лидера рынка. Оценка выросла кратно. Но и ситуация изменилась: тогда продавали растущий прибыльный бизнес, сейчас — убыточный на операционном уровне, пусть и с первым местом по обороту.

Это меняет переговорную позицию. У покупателя сейчас больше аргументов для дисконта, чем в 2009-м.

Что делать

Если вы маркетолог или директор по развитию в фарме или ритейле:

1. Следите за структурой сделки, не за суммой. 58–65 млрд без долга — это headline. Реальная цена зависит от того, какой долг на балансе и как структурированы договоры аренды. Именно там спрятаны настоящие риски.

2. Смотрите на покупателя как на сигнал о будущем канала. Если «Апрель» купит WB или Ozon — ждите ускорения омниканальных моделей в аптеке: онлайн-заказ, самовывоз, подписка на лекарства. Если купит «Магнит» или X5 — ждите встроенных аптек в продуктовых магазинах.

3. Пересчитайте свои позиции на полке. Смена собственника почти всегда означает пересмотр коммерческих условий с поставщиками. Если вы работаете с «Апрелем» — готовьтесь к новым переговорам в течение 12–18 месяцев после закрытия сделки.

4. Не читайте оборот как метрику здоровья. 259 млрд — это красивая цифра для презентации. Управленческое решение принимается по EBITDA и свободному денежному потоку. Ни того, ни другого в публичном доступе нет.

5. Если вы в экосистемном бизнесе — смотрите на аптеку как на инфраструктуру данных. Аптека знает о здоровье покупателя больше, чем любой другой ритейл. Это ценнее, чем маржа с упаковки парацетамола.

Лёха Маркетолог

Меня здесь больше всего интересует не цена и не покупатель. Меня интересует, что будет с моделью. «Апрель» выжил именно потому, что не пытался быть дорогой аптекой с консультантами и красивыми витринами. Дискаунтер в здравоохранении — редкий и устойчивый формат. Если новый владелец решит «улучшить» позиционирование и потянет сеть в средний сегмент — он убьёт единственное, за что переплачивает. Ставлю на то, что покупатель окажется из экосистемного лагеря. И что через два года мы будем обсуждать, как «Апрель» стал точкой выдачи заказов и пунктом сбора данных о здоровье — а не просто аптекой.